Азм есьм Tzar: зачем для интуристов на наших круизных речных судах делают вторые названия

Азм есьм Tzar: зачем для интуристов на наших круизных речных судах делают вторые названия 01.02.2018 21:40

Alexandr Borodin, Kandinsky Prestige, Rachmaninov Prestige — ежегодно, а точнее каждую навигацию, с мая по октябрь, на этих  речных судах отдыхают тысячи зарубежных туристов, приезжающих в Россию. Вот только документально такие теплоходы в базе Российского речного регистра не значатся. Там есть «Тихий Дон», «Максим Литвинов» и «Сергей Дягилев» — это официальные названия вышеперечисленных лайнеров. И это не единичный случай. Еще с начала 1990-х годов большинство представленных на зарубежном рынке речных судов, совершающих круизы в России, получали там вторые имена. Спрашивается, а зачем?

Ответ прост, но его исток находится в смежной сфере — морских круизах времен СССР на  советских лайнерах. Тогда Министерство морского флота СССР активно сдавало морской пассажирский флот во фрахт на Запад. Вторых имен капиталисты им не давали, но сетовали на то, что у советских судов малопривлекательные, труднозапоминающиеся и зачастую труднопроизносимые и неромантичные названия.

Дело в том, что еще с начала советских времен, нашим судам присваивались названия исходя из текущей политической конъюнктуры и ситуации. «Память Азина», «26 бакинских коммисаров» и «Герой Сталинской пятилетки Стаханов», вместе с «Шифровальщиком» и «Ударницами-прядильщацами» — вопрос о названиях судов всегда у нас был из разряда идеологических, а не маркетинговых, позывающих к продаже.

Сложности (при нашей системе) возникли во второй половине 1930-х годов: только имя очередного творца мирового социализма дадут очередному члену партии — раз, и он оказывается занзибарским шпионом, стремящимся вместе с ячейкой английских антисоветчиков нассать в суп товарищу Сталину.

Практику называть суда именами здравствующий людей тогда из-за этого, конечно, не прекратили, просто иной раз названия на бортах того или иного судна менялись по пару раз за 6 месяцев навигации — много неблагонадежных элементов находили «доблестные» органы ЧК.

В конце 1950-х такая практика прекратилась — на волне хрущевского «антисталинизма» теплоходам стали давать нейтральные имена, но с расцветом брежневского застоя все вернулось, как любил говорить Солженицын, в круг первый.

В декабре 1982 года именем отмучившегося Леонида Ильича Брежнева едва не «удостоили» головное судно проекта 302, спущенное в Германии летом 1983 года. Спасибо главе КГБ и будущему генсеку СССР Юрию Андропову, который заявил, что называть речное судно именем Брежнева недостойно: статусу героя «Малой земли» соответствовало только морское судно, что и было сделано. Именно благодаря такому решению мы можем видеть на наших реках теплоход «Дмитрий Фурманов», который так и не стал «Леонидом Брежневым».

Стоит заметить, что коллеги Андропова оказались о нем не столь высокого мнения.

Ситуация изменилась с крахом СССР. Морские суда, едва оказавшись в управлении наших и одновременно зарубежных компаний, поэтому сразу после развала многие морские пассажирские суда сменили названия. «Узбекистан» стал Odessa Sun, «Башкирия» — Odessa Sky, «Айвазовский» — Carina, а «Белоруссия» — Kazakhstan II, что, конечно, странно, но на самом деле был и Kazakhstan I.

Начало, середину и окончание 1990-х круизный рынок, которому посчастливилось попасть из социалистической под капиталистическую лапу, встретил разнообразно. Часть судов, названных по идеологическим лекалам, переименовали в то, что пришло первым в голову и под руку.

Именно тогда на зарубежном рынке появились речные круизы по России, которые предлагались под «вторыми» именами.

«Мы начали продажу туров на зарубежном рынке в июне 1989 года на теплоходе «Николай Бауман», с маршрута Москва — Казань, а затем на «Леониде Красине» Москва — Ленинград. Мне прямо сказали — с такими названиями и нечего делать на рынке продаж, давайте другие. На Западе названия судов — это 90% успеха в продаже. Маркетинг, а не как у нас идеология. Ну кто там, вообще, знает о Красине или Баумане?», — говорит один из первопроходцев рынка интуристовского направления, Андрей Басов.

«В итоге первые круизы на «Леониде Красине» («Николай Бауман» сломался после двух рейсов) мы продавали на западном рынке под названием Two Capital City: Moscow – Sankt-Peterburg», — поясняет Басов.

По его словам, идею такого названия ему подсказала эмигрантка, работающая в американской туриндустрии.

«Увы, на Западе кроме Горбачева, платежеспособная аудитория никого не знает. Кто им Пушкин? Кто им Горький?», — сетует Андрей Басов.

Впрочем, не стоит уподобляюсь комику Михаилу Задорнову клясть американцев. Уровень познаний наших соотечественников был не выше.

Тем временем на российском рынке шли свои преобразования: появлялись суда с двойным названием.

«Примерьте на себя ситуацию: глядя в рекламный проспект по круизам в США, что вы выберете в первую очередь: «Гранд Америка», «Санта Лучия» или «Эрнест Хемингуэй» или «Рэй Брэдбери»? Естественно, большая часть выберет первые варианты — деятели культуры известные, но люди реагируют, в первую очередь, на название», — поясняет другой представитель одной  из круизных компаний, работающих на рынке въездного туризма.

Салютуя духу времени наши компании взяли под козырек. В итоге в 1990-х годах на западном рынке были представлены Tzar I и Tzar II, известные у нас как теплоходы «Александр Пушкин» и «Максим Горький» соответственно. Работали эти суда во фрахте компании TRANSTOURS, арендовавшей их у Волжского пароходства.

В 1990-е годы на рынке появились и другие компании. Многие из их директоров ныне беседуют о жизни с землянными червями, другие — обеспечены соцпакетом до конца жизни, но из-за тюремной решетки.

Но об этом — в другом материале.

Азм есьм Tzar: зачем для интуристов на наших круизных речных судах делают вторые названия

Что же до нашей ситуации? Вряд ли кто помнит, что нынешний теплоход «Ф. И. Панферов», получив в 2005 году «крышу» над головой, в виде надстроенной четвертой палубы, должен был ходить из Москвы до Питера под названием Mayakovsky II. С чего вдруг? Потому что Камское речное пароходство, сдававшее пассажирские суда «Федор Достоевский» и «Владимир Маяковский» во фрахт французской компании, рассчитывало, что зарубежный рынок проглотит и «русское чудо» - четырехпалубный теплоход, построенный из трехпалубного, но названного Mayakovsky II. То есть, нынешнего «Панферова». Но что-то не пошло.

Теплоход «Максим Рыльский», купленный на Украине в 2001 году, в России так и назывался, но зато на зарубежных рынках, в частности, французском, продавался как Dr. Zhivago. Ему конкуренцию составил «Николай Добролюбов», которого за успешную реконструкцию, выполненную итальянскими специалистами, назвали как Dr. Zhivago I. Правда, всего на пару рейсов.

Поэтому, увидя на наших реках суда, называющиеся Alexandr Borodin или Rachmaninov Prestige, не спешите впадать в отчаяние: эти суда — наши, работают они для нас и для нашей пользы. Кстати, имя такое же переходящее, как и флаг французской революции.

Да и Catharine Excellence не стоит пугаться — это всего лишь «Генерал Лавриненков».



Автор фотографии:  Архипов Михаил
Тема:  Переименования судов / Истории речных судов / Речные круизы по России с иностранными туристами
Теги: история

Количество показов:2202

Возврат к списку


Комментарии (0)


Чтобы оставить комментарий вам необходимо авторизоваться

3.151542173629

Новости



Последние комментарии Последние комментарии